Наверх
Выполняется запрос

Право требования оставят добросовестным цессионариям // Пленум ВС рассказал о перемене лиц в обязательстве

Пленум Верховного суда (ВС) обсудил правила Гражданского кодекса (ГК) о перемене лиц в обязательстве. В проекте постановления закреплено правил о том, что цессионарий, получивший добросовестно право требования по цепочке сделок, сохранит свое право, даже если одна из предшествующих уступок признана недействительной. Также ВС предлагает регистрировать уступку в том же порядке, который установлен для сделки в основании уступки. Текст проекта постановления отправлен на доработку.

Необходимость в разъяснениях, по словам судей ВС — докладчиков Ивана Разумова и Сергея Асташова, вызвана изменениями в 2014 году в гл. 24 ГК о перемене лиц в обязательстве. Кроме того, разъяснения будут актуальны из-за возросшей необходимости защиты прав граждан в отношениях с микрофинансовыми организациями и в сфере долевого строительства.

В этой связи важное разъяснение дано в п. 8 проекта. Если цессионарий переуступил свое право третьему лицу, которое приобрело его добросовестно и возмездно, то требование могут признать принадлежащим конечному приобретателю, даже если первоначальная уступка недействительна. Актуальным это может быть для переуступки прав из договора участия в долевом строительстве, приводит пример ВС. Конечный цессионарий, получивший право требования по цепочке переуступок, может ссылаться на свою добросовестность, даже если одна из зарегистрированных уступок была признан недействительной. Аналогичное правило ВС предлагает распространить на приобретение права требования, обеспеченного залогом, запись о котором есть в реестре. Судья АС города Москвы Александра Нагорная надеется, что такой подход окажет дисциплинирующее воздействие и будет способствовать формированию осмотрительного поведения» у участников делового оборота.

В п. 2 проекта закреплено правило о том, что если уступка происходит по сделке, требующей госрегистрации, то договор об уступке должен быть зарегистрирован в том же порядке, что и основная сделка. Например, уступка права требования арендных платежей по зарегистрированному договору аренды также подлежит госрегистрации, отмечает ВС. Если регистрации не было, то для третьих лиц, не знавших об уступке, последствий не возникает (например, для приобретателя арендуемого имущества).

Доцент кафедры гражданского права юридического факультета МГУ Александр Ягельницкий предложил разделить разъяснения в проекте на два основных блока. В первый, по его мнению, вошли подходы, которые уже закреплены на практике. Одним из важных он назвал п. 33 проекта о сохранении арбитражной оговорки. При перемене лиц в обязательстве она действует для нового кредитора и должника, если иное не предусмотрено договором. Сослаться на это разъяснение ВС сможет уже скоро. На пересмотр в экономическую коллегию был передан спор о том, обязательна ли третейская оговорка в договоре ипотеки для нового собственника недвижимости (см. здесь).

Второй блок разъяснений — реакция на изменения в ГК. Это, например, п. 28–29 о двух разновидностях перевода долга. Привативный перевод подразумевает, что первоначальный должник выбывает из обязательства. А при кумулятивном переводе долга первоначальный и новый должники и отвечают перед кредитором солидарно. Если из соглашения о переводе долга не ясно, какой именно это перевод, то ВС предлагает суда считать его привативным. Другая проблема — как разграничить кумулятивный перевод долга и поручительство (в обоих случаях есть солидарная ответственность). ВС устанавливает следующий подход: если не понятно, что согласовали стороны — кумулятивный перевод долга или поручительство, то следует считать их соглашение поручительством.

Еще одно разъяснение, которое отметил Александр Ягельницкий, обращает внимание судов на «обессиливание» договорного запрета уступки (п. 18). Если договор запрещает уступку третьим лицам или требует согласия должника, то уступка может быть признана недействительной по требованию должника, только если доказано, что цессионарий знал или должен был знать о запрете. Это правило не распространяется на уступку денежного требования. Она действительна, даже если цессионарий знал о запрете (п. 19).

Гульнара Исмагилова

Источник

Категория